С тех пор как произошла эта трагедия, минуло 38 лет
Фото: Илья Московец © URA.RU
В истории Екатеринбурга октябрь 1988 года отмечен крупнейшей техногенной катастрофой: на станции Свердловск-Сортировочный сдетонировали десятки тонн взрывчатки. Взрыв, сопоставимый по силе с 8-балльным землетрясением, унес жизни шести человек и уничтожил целый поселок. Несмотря на то, что с момента трагедии прошло уже 38 лет, ее эхо до сих пор слышно в городе. Редакция URA.RU восстановила полную хронику тех событий.
Станция, которая связывала континенты
Свердловск-Сортировочный в 1988 году был не просто железнодорожной станцией. Это был гигантский транспортный узел, крупнейший в Советском Союзе, настоящий мост между Европой и Азией. Здесь формировались составы, ремонтировались локомотивы, отсюда по Транссибирской магистрали шли пассажирские и грузовые поезда — с запада на восток и с востока на запад.
Продолжение после рекламы
Полностью стерты с лица земли или снесены из-за критических повреждений были 74 жилых дома (архивное фото)
Фото: Владимир Жабриков © URA.RU
Станция начала работать еще в 1930 году на месте бывшего разъезда №73, а к 1980-м превратилась в сложнейший механизм, где каждый винтик, каждый человек и каждый вагон были частью огромной системы. Именно здесь, на третьем пути нечетного парка приема, в 03:45 ночи 4 октября 1988 года остановился грузовой состав №3091 «Р».
В его головных вагонах находился смертоносный груз — почти 47 тонн тротила и 40 тонн гексогена, предназначенных для Министерства обороны СССР. Взрывчатка перевозилась в обычных мешках, без особых предосторожностей, что само по себе было грубейшим нарушением.
Хроника падения в бездну
В 04:30, после отцепки локомотива, началась подготовка к маневровым работам. Дежурная по парку прибытия Татьяна Хамова, 35-летняя женщина, ответственная за этот участок, отдала команду растормозить состав. Воздух из тормозной системы был спущен, чтобы многотонный груз можно было завести на нужный путь. На пути был направлен маневровый тепловоз, который должен был прицепиться и удержать вагоны. Однако он не успел.
На месте взрыва образовалась воронка диаметром 40 метров и глубиной 8 метров (архивное фото)
Фото: Сергей Русанов © URA.RU
Третий путь имел уклон, и десятки вагонов, лишившись локомотива, начали медленно, но неумолимо набирать скорость. Хамова, находясь на своем рабочем месте, не видела всю картину — часть состава скрылась из зоны обзора. Она не заметила, как беглые вагоны добрались до стрелки и выехали на шестой путь, где в этот момент шел транзитный поезд с углем.
Столкновение произошло около 04:31. Вагоны завалились на электрический столб, и он рухнул. Тормозные башмаки и догнавший состав тепловоз уже не могли ничего изменить.
Искра, породившая ад
В 04:33 оборвались провода контактной сети. Станция автоматически отключилась от тока, но подачу возобновили почти сразу. Искры от провода под напряжением 3000 вольт попали на вагоны, где лежала взрывчатка. Начался пожар, а затем — детонация. Сила взрыва была такова, что сейсмологи оценили ее в 6–8 баллов по шкале Рихтера. Ударная волна разошлась в радиусе 15 километров.
На месте аварии образовалась гигантская воронка диаметром до 50 метров и глубиной 8 метров. Черный столб дыма увидел весь город. Взрыв уничтожил 500 метров путей и более 4 километров контактной сети. Рядом находился крупный склад горюче-смазочных материалов, который также взорвался, усугубив катастрофу. Горели дома, горели деревья, горели пути. Транссибирская магистраль, связывающая всю страну, встала.
Масштаб разрушений: цифры и человеческие судьбы
Официально погибли 6 человек: четверо на месте, двое скончались позже в больнице от ожогов и ран. Более 500–1000 человек получили ранения, в основном осколочные травмы лица и глаз от разбитых стекол. Ударной волной выбило окна даже в центре Свердловска, за 10–12 километров от эпицентра: в Центральном гастрономе, магазине «Океан» и театре Музкомедии.
Продолжение после рекламы
На станции Сортировочная было разрушено 500 метров полотна и выведено из строя более 4 кме контактной сети (архивное фото)
Фото: Владимир Жабриков © URA.RU
Крупные обломки поездов находили в километрах от станции: колесные пары приземлялись во дворах жилых домов, а автосцепка весом 95 кг улетела к Верх-Исетскому пруду. Трубы градирен Верх-Исетского завода оказались прошиты осколками. Всего пострадало 642 здания.
Около 70–74 домов, в основном в частном секторе Сортировки, были полностью стерты с лица земли или разрушены без возможности восстановления. Ущерб оценили в 300 с лишним миллионов рублей — дороже, чем строительство первой линии свердловского метро от «Проспекта Космонавтов» до «Чкаловской», которое обошлось в 250 миллионов.
Ликвидация: героизм и бюрократия
Катастрофа оставила без крова тысячи людей. Пострадавших временно расселяли в гостиницы, а позже им выделили новые квартиры в активно строившихся тогда микрорайонах ЖБИ и Синие Камни. Железнодорожники и военные сработали оперативно. Уже к 09:00 утра 4 октября было частично восстановлено пассажирское движение, а к 7 октября станция полностью вернулась к штатной работе.
Следствие и судебные разбирательства продолжались почти 4 года — с октября 1988 года по 1992 год
Фото: Илья Московец © URA.RU
Главными героями восстановительных работ были солдаты железнодорожных войск. Через четыре часа после взрыва они запустили четную сортировочную систему. Пожар удалось локализовать только через шесть часов.
Пожарные машины не могли проехать к месту пожара под путепроводом, потому что его построили ниже, чем были специальные автомобили. Приходилось становиться рядом и пускать воду по шлангам. Через 18 часов открылось движение и по нечетной системе.
На второй день уложили восемь комплектов стрелочных переводов. Движение поездов не прекращалось: составы шли по параллельным направлениям. Разрушенный район Старой Сортировки фактически отстраивали заново, что дало толчок к появлению там современных панельных многоэтажек.
Кто виноват: следствие длиной в четыре года
Следствие четыре года пыталось установить причины и виновников взрыва. Расследование началось в одной стране, а закончилось уже в другой. В Уралгипротрансе, проектном институте транспортного строительства, на вопрос, почему произошел взрыв, специалисты ответили: «Причиной крушения грузового поезда с последующим взрывом вагонов стало нарушение правил безопасности при производстве маневровой работы, которое было усугублено наличием в схеме ж. д. путевого развития секущих маршрутов пропуска транзитных грузовых поездов и надвига составов на сортировочную горку, а также превышением допустимых продольных уклонов ж. д. путей в нечетном парке приема».
Продолжение после рекламы
Всю вину за халатность возложили на дежурную по станции Татьяну Хамову (архивное фото)
Фото: Илья Московец © URA.RU
По официальной версии, вину возложили на диспетчера станции Татьяну Хамову. Она не убедилась, что локомотив на горке удерживает вагоны со взрывчаткой, разрешила проезд транзитному составу с углем, из-за чего те столкнулись.
Почему взрыв произошел после падения контактного провода, следователи не выяснили. Хамову обвинили в халатности и нарушении инструкций, обвинение потребовало для нее шесть лет тюрьмы. Суд несколько раз возвращал дело на доследование.
О катастрофе много писали местные газеты, в киножурнале «Советский Урал» вышло два документальных выпуска. Из-за повышенного внимания дело отправили на дополнительное расследование в Генеральную прокуратуру СССР, а потом — в суд Челябинска. Его вели до 1992 года, пока не закрыли за давностью произошедшего. Уголовные обвинения с Татьяны Хамовой сняли: суд не нашел в ее действиях злого умысла. Во время следствия она подчеркивала: «Я раскаиваюсь, но моя ошибка была связана с большой рабочей нагрузкой».
В 35 лет она перестала работать на железной дороге и, по ее словам, больше не смогла реализоваться как профессионал. По последним данным, женщина живет в небольшом уральском городе и посвящает все время семье и дому. Финансовую ответственность за причиненный колоссальный ущерб взяло на себя Минобороны СССР.
Уроки, которые нельзя забывать
Трагедия на Свердловске-Сортировочном стала одной из самых разрушительных техногенных катастроф в истории Урала. Она обнажила системные проблемы: нарушение инструкций, перегруженность персонала, опасную схему путевого развития и преступную беспечность при перевозке взрывчатки.
Сегодня, спустя 38 лет, мы вспоминаем не только цифры и факты. Мы вспоминаем людей, которые потеряли близких, кров и здоровье. Мы вспоминаем тех, кто восстанавливал станцию, рискуя жизнью. И мы понимаем, что память о таких событиях — это не просто дань прошлому. Это надежда на то, что подобное не повторится. Ведь цена ошибки на железной дороге слишком высока.
Если вы или ваши близкие стали очевидцами той страшной аварии или пострадали в ней, поделитесь своей историей с нами. Напишите автору материала на почту: Dzhallatova@ura.ru.
Источник: URA.RU · Джанита Джаллатова